Сцилла и Харибда роботизации
Материалы выпуска
Цифровизация без экономики Инструменты «Революция отменяется» Экспертиза Сцилла и Харибда роботизации Решения
Решения Санкт-Петербург и область,
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска
Материалы выпуска
Сцилла и Харибда роботизации
Задержка цифровой модернизации предприятий может иметь более фатальные последствия для рынка труда, чем массовая замена людей роботами.
Фото: pixabay.com

Цифровизация экономики и, как следствие, внедрение роботов в целом ряде отраслей ведет к самым радикальным за последние сто лет изменениям на рынке труда. Однако, как показал круглый стол «Цифровой рынок труда: возможности и угрозы работника и работодателя», проходивший в рамках IV Digital City Forum РБК Петербург, среди экспертов и представителей бизнеса нет единого мнения относительно скорости и масштабов будущих изменений. Одни участники дискуссии с уверенностью говорили о неминуемой «смерти» целого ряда профессий, в которых люди будут заменены роботами. Другие утверждали, что поводов для паники нет, поскольку настоящие потрясения произойдут далеко не в ближайшем будущем. Большинство российских предприятий пока не подошли даже к начальным этапам цифровой модернизации, поэтому до массового высвобождения кадров дело на них дойдет не скоро. Впрочем, как отмечают многие специалисты, задержка технологического развития может привести к массовым увольнениям намного быстрее, чем внедрение роботов. Такая ситуация ставит и работодателей, и сотрудников перед очень непростым стратегическим выбором.

Точнее и надежнее

«Да, роботы действительно начали вытеснять людей, — констатировал генеральный директор компании РОББО Павел Фролов. — Сбербанк еще в 2017 году сократил три тысячи юристов, которых заменила компьютерная программа. В последнее время компании стали активно применять робота «Веру» для набора персонала — робот заменил рекрутеров». Что касается отраслей, в которых роботы заменяют людей, то, по мнению Павла Фролова — это сферы деятельности, связанные с повторением однотипных операций, которые сотрудники выполняют согласно четкой должностной инструкции. Такую операцию робот выполнит гораздо лучше — точнее, надежнее (без ошибок) и быстрее человека, уверен глава РОББО.

Павел Фролов (РОББО) (Фото: РБК Петербург)

«Ежедневно раскладывать лекарства в коробочки для каждого пациента в больнице робот может гораздо точнее, чем медсестра, которая к концу дня устает, от чего возрастает риск ошибиться», — приводит пример генеральный директор компании ICO TOP/Listing.help Сергей Хитров. Он также отметил, что искусственный интеллект, заменяя нотариусов, разного рода финансовых посредников, способен повысить честность, прозрачность и надежность операций и услуг. Такие возможности предоставляет, по его мнению, например, технология блокчейн.

Сергей Хитров (TOP/Listing.help) (Фото: РБК Петербург)

По словам начальника диджитал департамента Банка «Санкт-Петербург» Александра Рыбакова, «без цифровизации процессов мы, безусловно, не смогли бы эффективно работать с нашим нынешним гигантским объемом трафика». «В настоящее время 95% контактов с частными и корпоративными клиентами в нашем банке происходит в «цифровой среде», это интернет и мобильные банки, сайты банка», — говорит Рыбаков.

Александр Рыбаков (Банк «Санкт-Петербург») (Фото: РБК Петербург)

«Согласно нашему последнему опросу HR-специалистов, треть из опрошенных считает, что к 2050 году 30% рабочих мест будут заменены роботами. По их мнению, в первую очередь это коснется банков, финансистов и страховщиков», — описала перспективы рынка труда руководитель отдела маркетинга по Северо-Западу рекрутинговой компании HeadHunter Екатерина Скляренко.

Екатерина Скляренко (HeadHunter) (Фото: РБК Петербург)

Массовых увольнений нет

Однако пока никакой революции на рынке труда не происходит, утверждает генеральный директор НПО по переработке пластмасс им. «Комсомольской правды» Сергей Цыбуков, являющийся также председателем Наблюдательного совета петербургского Центра занятости населения. «Массовых увольнений из-за цифровизации, в том числе роботизации, в Петербурге нет. Никто не говорит, что из-за роботов уволилось столько людей, что их нужно спасать», — описал текущую ситуацию Цыбуков.

Сергей Цыбуков (НПО по переработке пластмасс им. «Комсомольской правды») (Фото: РБК Петербург)

Это наблюдение подтвердил первый заместитель председателя Комитета по труду и занятости населения Санкт-Петербурга Николай Рогачев. Более того, по его словам, массовых увольнений в связи с роботизацией пока нет и в других странах. «Согласно различным исследованиям, даже в ведущих экономиках мира накопленный эффект сокращения занятости в ходе автоматизации составляет лишь десятые доли процента», — сообщил Рогачев.

Николай Рогачев (Комитет по труду и занятости населения Санкт-Петербурга) (Фото: РБК Петербург)

Александр Рыбаков на примере своего банка пояснил причину отсутствия массовых увольнений: «Высвобождаемые за счет цифровизации и автоматизации штатные единицы и сотрудники в основном перенаправляются на другие процессы. В последнее время существенно возрастает доля специалистов с IT-профилем».

Результаты международных исследований показывают, что цифровизация не только не приведет к росту безработицы, а наоборот — увеличит потребность в рабочей силе. Так, согласно недавнему исследованию Gartner Research, к 2020 году в США исчезнет 1,8 млн рабочих мест, зато появится 2,3 млн новых. Выпущенный 17 сентября Всемирным экономическим форумом (ВЭФ) доклад The Future of Jobs 2018 («Будущее занятости 2018») прогнозирует, что до 2025 года в мире исчезнут 75 млн рабочих мест, однако благодаря цифровым технологиям будет создано гораздо больше — 133 млн.

За и против

Участники дискуссии РБК Петербург отмечали, что роботы заменяют людей пока только в простых, рутинных операциях. Как подчеркнул, например, Николай Рогачев, и робот «Вера», и другие аналогичные устройства заменяют рекрутеров только низшего уровня. «При этом они не обнулили кадровые департаменты даже крупных компаний ритейла, — говорит он. — Потому что им надо нанимать сотрудников не только на выполнение простых функций». С наймом сотрудников на высокие позиции человек справляется лучше робота — правда, при наличии у него адекватной квалификации.

Примеры неудачных попыток роботизировать даже рутинные операции привела генеральный директор рекрутинговой компании «Сотер» Милана Джиджоева. «Один крупный издательский дом, с которым мы сотрудничаем, решил роботизировать корректуру текстов. Внедрили какую-то новомодную программу, а всех корректоров отправили на улицу. Через три месяца посмотрели на результат, ужаснулись и стали набирать корректоров обратно. Другой пример. Крупная промышленная компания решила внедрить робота «Веру». Робот так заспамил всю Ленобласть, что пострадал имидж компании — никто не хотел разговаривать с ее представителями — как слышали название компании, сразу бросали трубку. Оказалось, что общество не вполне готово к цифровизации рекрутинга. Сами работодатели порой не соответствуют тому информационному шуму, который они производят на рынке труда», — рассказала Джиджоева.

Милана Джиджоева («Сотер») (Фото: РБК Петербург)

«Живое общение пациента с врачом никакая цифровая технология никогда не заменит, — утверждает Любовь Васильева, директор по развитию персонала «Полис. Euromed Group». — Что же касается медицинского сервиса, то тут цифровые технологии интересны. Запись на прием, обзвон пациентов с напоминанием о приеме, на диспансеризацию, больничные карты и так далее — вот это можно и нужно цифровизировать и роботизировать». В собственно лечебной сфере, где требуются навыки опытных врачей и медсестер, никаких угроз рынку труда цифровизация не несет, уверена Любовь Васильева, а в сервисе высвобождение персонала действительно возможно.

Любовь Васильева («Полис. Euromed Group») (Фото: РБК Петербург)

Как свидетельствует Александр Рыбаков, даже в банковском бизнесе имеются процессы, роботизировать которые пока невозможно или неразумно. «В первую очередь это чисто «оффлайновые» продукты, например сейфинг, процессы, связанные с наличными. Также нельзя пока роботизировать работу с нестандартными продуктами или вопросами клиентов, консультации. Совсем недавно в этом списке была первичная идентификация клиента, но к счастью, сейчас этот барьер уже преодолевается», — утверждает Рыбаков.

По словам генерального директора отеля «Гельвеция» Юниса Теймурханлы, в сфере гостиничного бизнеса цифровизация началась уже лет 15 назад с массового перевода в онлайн бронирования и продажи мест в отелях, продажи билетов в театры, на концерты, заказ такси и других услуг для гостей. Цифровизируется маркетинг и управление гостиницами. Сейчас практически все гостиницы хорошего уровня управляются компьютерными программами (85% гостиниц мира — программой компании Oracle). Однако роботизация гостиничного сервиса идет медленно. В мире она происходит в первую очередь в гостиницах невысокого ценового сегмента, поскольку дорогие гостиницы продают высококачественный сервис, предоставлять который пока способны только люди. В России ситуация иная–недорогие отели не могут себе позволить заменить персонал роботами в силу дефицита финансовых ресурсов, утверждает Теймурханлы, а гостиницы высокого сегмента не делают этого, поскольку такой подход противоречит их бизнес-модели.

Юнис Теймурханлы (отель «Гельвеция») (Фото: РБК Петербург)

Роботизация должна быть экономически обоснованной, отметили участники дискуссии. «Нам нет смысла ставить робота на каждую операцию, даже при том, что сборка у нас происходит на конвейерах, — говорит менеджер по работе с государственными органами и связям с общественностью завода контрактной сборки электроники TPV CIS Андрей Федоров. — Робот для наших целей может стоить от 20 тысяч евро и дороже. Он заменяет одного сотрудника. Хотя мы производим чуть больше 1,5 миллионов телевизоров, использовать людей на конвейере пока все равно экономически целесообразнее. Зато в других сферах цифровизация оправдана. Например, в процессах, которые требуют высокой точности. Так, мы заменили программным комплексом 13 сотрудников в системе тестирования и контроля качества выпускаемой продукции».

Андрей Федоров (TPV CIS) (Фото: РБК Петербург)

Удел России — нестандарт

Сергей Цыбуков обратил внимание на то, что «мир постепенно уходит от рутины как в делопроизводстве, так и в непосредственном производстве, уходит от массового, стандартного продукта». В принципе, говорит эксперт, искусственный интеллект может справиться с производством нестандартной продукции — если сможет управлять линейкой производственных цепочек, выбирать оптимальную и, соответственно, перестраивать производство. Но организовывать работу искусственного интеллекта лучше всего команде высококвалифицированных специалистов-людей. «Команда ставит задачу, выбирает те места, где лучше всего работает робот. В этом случае автоматизация, в том числе роботизация, идет во благо, действительно порождает новое качество», — утверждает Сергей Цыбуков на основании своего опыта создания уникального продукта — «саней» для Антарктиды, о проекте которого РБК Петербург уже рассказывал.

Цыбуков согласен с теми экспертами, которые утверждают, что в среднесрочной перспективе массовые продукты россияне не смогут делать лучше китайцев и соревноваться с ними во многих случаях бессмысленно. Наилучшие возможности России — в узких рыночных нишах, где производится нестандартная продукция. «За уникальные проекты мало кто из мировых грандов готов браться — и это наш шанс», — уверен Сергей Цыбуков. Но такой выбор предъявляет чрезвычайно высокие требования к квалификации производителей «нестандарта». А это — новый вызов рынку труда и системе подготовки кадров.

Акцент на кадры

В связи с этим Николай Рогачев напомнил о работающей в Петербурге программе поддержки релокации IT-специалистов — каждому программисту-разработчику, получающему зарплату от 150 тыс. рублей, власти готовы выделять до 1 млн рублей субсидии на переезд и первичный съем жилья в Петербурге.

Директор по работе с персоналом макрорегиона «Северо-Запад» компании Tele2 Юлия Девяткина объяснила, почему ее компания не заменит людей на робота: «Наш успех целиком зависит от качества сервиса. Чем лучше мы проконсультировали клиента, чем быстрее мы ответили на звонок, тем скорее купят нашу услугу или останутся с нами и никуда не уйдут. Поэтому мы расширяем полномочия операторов контактного центра — чтобы они быстрее могли помочь абоненту, решить его задачу, особенно нестандартную. Так что я согласна с коллегами, которые говорят, что нужно увеличивать профессионализм сотрудников, делать акцент на создании эффективных команд».

Юлия Девяткина (Tele2) (Фото: РБК Петербург)

Профессионализм сотрудников — залог успеха и в медиа-сфере, уверен директор по цифровым продуктам Холдинга РБК Кирилл Титов. «Каждая заметка РБК — а это главный наш продукт — это нетиповой продукт. Роботы такие продукты пока производить не умеют. Поэтому я не думаю, что роботизация нам угрожает. Роботы скорее заменят простых программистов, чем журналистов», — уверен он.

Спрос на обучение созрел

Управляющий партнер консалтинговой компании АКК PR+HR Наталья Рушкевич обратила внимание на то, что некоторые компании, на словах желающие цифровизироваться, плохо готовят свой персонал к работе с новыми технологиями. «В результате компания тратит большие деньги на новые технологии, а работать с ними сотрудники не могут. Нужно специально заниматься обучением», — подчеркивает Рушкевич.

Наталья Рушкевич (АКК PR+HR) (Фото: РБК Петербург)

«У нас очень низкая цифровая образованность как в обществе в целом, так и в компаниях. И это большая проблема, — заявила управляющий партнер школы IT-технологий EPIC Skills Виктория Егоренко. — Мы в нашей школе собирались обучать молодежь, а получилось так, что основное количество учащихся составляют взрослые люди, возраста 30+». С другой стороны, преобладание взрослых учеников не так уж плохо, отмечает она — это свидетельствует об осознании, наконец, необходимости цифрового образования.

Виктория Егоренко (EPIC Skills) (Фото: РБК Петербург)

Екатерина Скляренко подтверждает резкое увеличение спроса на обучение персонала. По ее данным, с 2016 года количество вакансий, связанных с машинным обучением, выросло в 23 раза.

В связи с этим Юлия Девяткина подчеркнула, что в Tele2 процесс обучения сотрудников активно цифровизуется. Помимо возможности пройти онлайн-курсы в лучших вузах мира, уже в ближайшем будущем Tele2 установит на смартфоны сотрудников специальное приложение, позволяющее в режиме онлайн получить узкопрофессиональную консультацию или пройти тренинг по внедряемой компанией новой технологии.

Прогнозы и реальность

Помимо закономерных следствий цифровизации, участники дискуссии отмечали и наблюдаемые ими парадоксы. Так, оказалось, что в некоторых случаях цифровизация рекрутинга приводит не к сокращению персонала, а наоборот, к увеличению занятости. Об этом рассказал руководитель по продажам крупным и ключевым корпоративным клиентам Северо-Западного филиала компании «МегаФон» Евгений Трофимов. Он сообщил о внедрении специального сервиса, который помогает крупным ресторанным сетям быстро набирать персонал для открывающихся ресторанов и находить замену тем, кто увольняется. «Наш новый сервис «Цифровой подбор линейного персонала» помогает рестораторам уйти от рутины и более эффективно решать свои задачи. Такая цифровизация не высвобождает рабочую силу, а наоборот, помогает быстрее рекрутировать новых работников, то есть увеличивает занятость». Но, разумеется, это делается в тех случаях, когда быстрый рекрутинг приносит прибыль работодателям.

Евгений Трофимов («МегаФон») (Фото: РБК Петербург)

Екатерина Скляренко отметила другой парадокс. Несмотря на уверенный прогноз экспертов о предстоящей вскоре замене роботами менеджеров низшего уровня, выполняющих простые, рутинные операции, спрос на них в компаниях разных отраслей не только не сокращается, но даже продолжает расти. «В динамике последних лет количество запросов на вакансии «менеджер по продажам», «курьер», «бухгалтер» и т.п. продолжает расти. Это значит, что эти профессии не вымрут в ближайшем будущем. Хотя требования к таким специалистам конечно растут», — сообщила Екатерина Скляренко.

Удивительно, но спрос на «рутинных» сотрудников сохраняется даже в сфере HR. «Хотя 81% компаний считают, что искусственный интеллект будет автоматизировать кадровое делопроизводство, в первую очередь, простые операции и заменять рекрутеров начального уровня, они до сих пор большим потоком приходят на рынок», — удивляется Екатерина Скляренко. Судя по всему, их ждет драматическая судьба, поскольку им придется серьезно перестраиваться, уверена она.

Новые возможности и потребности

Уход от рутины посредством роботизации, отказ от конкуренции с мировыми лидерами массового производства и сосредоточение на уникальных рыночных нишах открывают для россиян новые возможности. Сергей Цыбуков сформулировал такой «российский путь» как «повышение квалификации человеческого труда, универсализация квалификации личности и его умение работать в инжиниринговой команде».

Сергей Хитров обратил внимание на естественную закономерность — чем больше роботов и интеллектуальных систем внедряется в экономику и жизнь, тем больше растет потребность в специалистах, разрабатывающих и обслуживающих эти инновации. Он считает, что помимо высококвалифицированных программистов (писателей кодов заменят роботы) потребуется много инженеров и технических специалистов.

Появятся и новые профессии, например, «погонщик робота» — оператор со специальными компетенциями. «За роботом должен ходить человек и смотреть, не попал ли он в беду, — говорит Павел Фролов. — А если попал, то перезагрузить его, отремонтировать. Нужны будут также разработчики роботов. Это все отдельные компетенции, которые требуют довольно высокой квалификации».

«Цифровизация привносит новые роли и компетенции и вследствие этого — новые рабочие места. Например, такие, как веб-аналитики, data scientist, digital-маркетологи, а также множество новых IT-позиций», — говорит Александр Рыбаков, опираясь на опыт Банка «Санкт-Петербург». При этом он отмечает проблемы с поиском нужных специалистов ввиду «ограниченности рынка новых востребованных «цифровых» кадров».

Милана Джиджоева также приводит примеры новых компетенций, на которые уже есть спрос. «Нас просят найти специалистов по проектному управлению, имеющих опыт внедрения тех или иных программных продуктов. Также нужны HR-специалисты, способные взвесить все облачные решения, найти айтишников, прописав алгоритм, на основании физиогномики дать заключение об экстраверсии или интраверсии человека. К сожалению, я таких специалистов пока не знаю», — признается она.

По данным Екатерины Скляренко, появятся новые специальности (назвать их пока затруднительно) на стыке медицины и IT, в сфере психологии и нейропсихологии, а также в сфере человеческих коммуникаций. «Плакаться в жилетку роботу мы никогда не научимся», — уверена она.

Субкультура мейкеров

Павел Фролов говорил о признаках усиления «созидательной» тенденции, когда все большее число молодых людей и даже детей предпочитает заниматься изобретательством. Наиболее яркие примеры: 12-летний мальчик изобрел эффективный способ диагностики рака поджелудочной железы, 17-летний юноша изобрел управляемый мозгом процессор, который оказался в 25 раз дешевле мировых аналогов. «Созидательная» тенденция распространяется даже на бытовую сферу, что породило феномен «мэйкеров» — людей, самостоятельно производящих все необходимое в быту с помощью современных технологий, в частности, 3D-принтеров, цены которых (и расходных материалов) в торговле стремительно уменьшаются.

«Мейкеры уже образовали субкультуру и в США уже даже делают для себя автомобили. Эти люди делятся друг с другом приобретаемыми навыками, распространяют инструкции по изготовлению бытовых предметов, уже почти полностью способные обеспечить потребности домохозяйства — от генерации электроэнергии до строительства дома и выращивания еды. Удивительно, но по расчетам, на все это достаточно инвестиций всего в 15 тысяч долларов. Мейкеры радикально переформатируют рынок труда, — считает Павел Фролов. — Интересно, что российское государство решило активно поддерживать эту тенденцию и уже вкладывает в ее развитие большие деньги».

Оценивая перспективы радикальных изменений рынка труда в России, участники дискуссии РБК резюмировали, что пока скорость цифровой трансформации отечественных предприятий не велика, однако такая задержка создает новые угрозы — в том числе и для рынка труда. Николай Рогачев, например, подчеркнул важность постепенной подготовки к последствиям происходящих изменений. «Работа с высвободившимся в результате автоматизации производства людьми, обновление их компетенций станет для нас полезным опытом, чтобы избежать условного «страшного 2050 года», когда подобные увольнения из эксклюзивных случаев могут стать более массовым явлением», — говорит Николай Рогачев.

Стоит отметить, что в мировой практике немало доказательств того, что технологическое отставание в конечном счете приводит к более массовым увольнениям, чем технологический прогресс. Причиной этого становилась потеря конкурентоспособности предприятий и, как следствие, их разорение.