Пожалуйста, отключите AdBlock!
AdBlock мешает корректной работе нашего сайта.
Выключите его для полного доступа ко всем материалам РБК
Учить или доучивать: как бизнес решает проблему дефицита кадров
Материалы выпуска
Служба занятости Петербурга взяла курс на обновление Решения Бизнес находит новый смысл в корпоративном волонтерстве Инструменты В поисках талантов: найти и удержать Решения Учить или доучивать: как бизнес решает проблему дефицита кадров Инструменты Искусственный интеллект спешит на помощь HR-менеджерам Решения Роботы против человека: кто потеряет работу первым Инструменты Бизнес переходит на новые технологии хедхантинга Инструменты «Наша задача — нанимать «своих» людей» Экспертиза
Инструменты Санкт-Петербург и область,
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска
Учить или доучивать: как бизнес решает проблему дефицита кадров
Бизнес и вузы сообща формируют «экосистему» будущего
Вчерашние студенты приходят на работу без нужных знаний и навыков. Чтобы компенсировать дефекты системы образования, бизнес и вузы создают совместные программы, которые должны сложиться в своего рода «экосистему».
Фото: Роман Пименов/Интерпресс

Компетенция выпускников учебных заведений в большинстве случаев не удовлетворяет тем требованиям, которые современный бизнес предъявляет к соискателям. В результате значительной части дипломированных специалистов приходится искать работу, не связанную с профилем обучения. Работодатели, в свою очередь, испытывают острый дефицит кадров. Пытаясь решить эту проблему, компании совместно с вузами организуют образовательные программы, которые становятся важным дополнением к официальному образованию.

Знания без компетенций

«В большинстве высших учебных заведений и поствузовских программ много теории и мало практики. Вчерашние выпускники не умеют быстро думать и искать нестандартные подходы к решению необычных задач. Они прекрасно повторяют доказательства теорем, но с трудом применяют их в решении повседневных рабочих задач. Более того, столкнувшись с действительностью, бывшие студенты понимают, что их знания на практике не применимы. Отсюда такой огромный процент тех, кто не работает по полученной специальности. По данным НИУ «Высшая школа экономики», работают по «профилю» своего образования лишь 23,8% выпускников вузов», — оценила качество современного вузовского образования HR-директор биотехнологической компании BIOCAD Александра Глазкова.

Александра Глазкова (BIOCAD) (Фото: Роман Киташов/РБК Петербург)

Лишь 37% молодых людей, трудоустроившихся по специальности, полностью удовлетворены своей профессией, добавила Глазкова, ссылаясь на подсчеты аналитиков Центра социального прогнозирования и маркетинга.

В свою очередь, заместитель генерального директора фармацевтической компании «Натива» Наталья Хоробрых отметила, что в ее отрасли востребованы специалисты с компетенциями на стыке профессий, например, с медицинским и юридическим образованием, или фармацевтическим и технологическим. «Таких специалистов в вузах не готовят, да и на рынке труда их тоже мало. Практическим вещам и новым инструментам компании вынуждены обучать сами», — посетовала она.

Не менее сложно найти и хорошего инженера. «Холдинг не может получить ни от одного вуза страны необходимые для своих высокотехнологических производств кадры инженерных специальностей. Практически все отечественные специалисты с уникальными для нас знаниями сейчас работают в Технополисе GS (г. Гусев, Калининградская область)», — утверждает директор Департамента стратегических коммуникаций GS Group Евгений Антонов.

Евгений Антонов (GS Group) (Фото: Роман Киташов/РБК Петербург)

А представители IT-отрасли жалуются не только и не столько на профессиональные компетенции выпускников соответствующих специальностей — проблема кроется в личностных особенностях соискателей. «Особенность IT-образования и людей, вовлеченных в соответствующую деятельность, связанную с программированием, — интровертность. Это не очень совместимо со способностями управлять другими людьми. То есть, очень редко программист становится хорошим управленцем. Но люди растут, годы идут, и программисты занимают руководящие посты. А компетенций нет. Как нет и внутренней готовности делать это хорошо», — пояснил директор академических программ Parallels Антон Дяйкин.

Интересную психологическую особенность выпускников подметили в Высшей школе менеджмента СПбГУ. «На этой неделе мы получили обратную связь, что выпускники стали хуже показывать свою личность, пытаются угадать «правильный ответ» на собеседовании. Сейчас мы анализируем эту информацию и, если проблема действительно существует, будем вносить коррективы», — рассказал первый заместитель директора ВШМ СПбГУ Константин Кротов.

Строительство «песочниц»

Проблему нехватки компетенций у новичков компании решают несколькими путями. На стадии подготовки специалистов это, в первую очередь, сотрудничество с вузами. «Основная часть наших работников (95%) являются людьми, прошедшими усиленную подготовку в интересах компании еще со студенческой скамьи. У нас есть базовая кафедра теоретической и прикладной информатики в МФТИ, мы поддерживаем тесные контакты с МГТУ им. Баумана, где недавно открыли лабораторию Parallels, которая станет «песочницей» для будущих кадров. Так же взаимодействуем с МИЭМ, факультетом компьютерных наук, факультетом бизнес-информатики НИУ ВШЭ», — рассказал Дяйкин.

GS Group, в свою очередь, сотрудничает с ИТМО, Иннополисом, БФУ им. Канта, Петрозаводским государственным университетом и готовит ряд стратегических соглашений с другими вузами. «У нас действуют сетевая форма обучения и программа прикладного бакалавриата, в рамках которой 50% учебного процесса проходит на предприятии в форме практических занятий», — поделился Антонов.

Начальник Управления развития и подготовки кадров ПАО «Газпром нефть», куратор корпоративного университета компании Николай Долгов подчеркнул, что формы взаимодействия бизнеса и вузов должны быть гибкими. «У нас больше 20 больших программ взаимодействия с вузами, и только четыре базовые кафедры. Только в тех областях, где есть необходимость получить через 10 лет людей определенного профессионального профиля, стоит создавать базовые кафедры. А 10 лет — большой срок, у нас в течение одного года меняется представление о профессиональных компетенциях, которые востребованы компанией. Например, мы начинаем использовать интернет вещей. У нас он внедрятся при создании цифровых месторождений — там задействуются «умные» машины, и им необходимо взаимодействовать между собой, как сейчас взаимодействуют люди. Быстрое изменение содержания профессий — большой вызов и для бизнеса, и для образовательной системы», — пояснил Долгов.

Николай Долгов (ПАО «Газпром нефть») (Фото: РБК Петербург)

Вузы в этом вопросе идут навстречу бизнесу. «У нас налажена постоянная связь с бизнесом через многие каналы, — подчеркнул доцент кафедры менеджмента Института бизнеса и делового администрирования РАНХиГС Ашот Сеферян. — Если говорить об Институте бизнеса и делового администрирования (ИБДА РАНХиГС), то у нас действует Ассоциация выпускников, члены которой постоянно делятся с руководством института новыми идеями, которые востребованы бизнесом. Более того, большинство наших преподавателей ведут консалтинг или задействованы в реальном бизнесе, что позволяет им внедрять в процесс обучения то, что сегодня востребовано отечественным и международным бизнесом. К примеру, все сейчас говорят о цифровом мире, о цифровой экономике, у всех на устах Big data, disruptive technologies, agile и т.д. Естественно, что эти вещи присутствуют в той или иной степени в учебных программах ИБДА и в учебных программах РАНХиГС. Существуют либо специальные программы, либо небольшие специализации. Например, программа Fintech, которая реализуется совместно со Сбербанком. То есть образовательные программы сегодня выстроены с учетом требований рынка».

Непростой выбор

Однако даже вузы, наладившие обратную связь с бизнесом, признают, что разрыв между потребностями компаний и образованием остается. «Появляются новые теории, а бизнес еще не обратил на них внимание. Либо наоборот, какие-то новые тенденции в бизнесе могут отражаться в образовательных программах через какой-то временной лаг. Для массового распространения того или иного инструментария нужно определенное количество экспериментов и время на то, чтобы эти эксперименты доказали либо свою целесообразность, либо ненужность», — объяснил разрыв между теорией и практикой Сеферян.

В результате компании оказываются перед выбором: доучивать молодых специалистов самостоятельно либо отправлять их на дополнительные образовательные программы. Выбор нередко зависит от того, в каком сегменте экономики работает предприятие. «Для IT-отрасли сложно организовать дополнительное образование. Причин несколько. Это и узкая специализация компаний, что не позволяет создать некие курсы, приемлемые для всех, и стремление компаний защитить свои ноу-хау, интеллектуальную собственность. А базовое образование дают вузы, базовая подготовка не требуется в принципе», — рассказал Дяйкин. В итоге молодые специалисты Parallels приобретают нужные навыки внутри компании.

В биотехнологической отрасли, по словам Глазковой, популярно дополнительное образование в сфере проектного управления, а также специфические узкопрофильные курсы: GMP, GLP, lean и т.д. «Отсутствует обучение технологиям, которых еще нет в России (как пример, новым клеточным технологиям), но они представлены за рубежом», — добавила Глазкова.

В сфере бизнес-образования, по опыту директора программ дополнительного профессионального образования ВШМ СПбГУ Леонида Васильева, есть запросы на такие «громкие» темы, как blockchain, agile, digital, но сохраняется и традиционный запрос на стратегию, маркетинг, лидерство.

Саморегулируемые системы

Еще один инструмент, которым сегодня может воспользоваться бизнес для приближения качества образования к желаемому уровню, — участие в разработке отраслевых профессиональных стандартов. Первые отечественные профстандарты создавались еще в Советском Союзе, но в 2016 году государство внесло поправки в Трудовой Кодекс, запустившие создание системы стандартов, отвечающих требованиям современной экономики.

«GS Group выступает одним из учредителей Ассоциации разработчиков и производителей электроники. Совместно с экспертами отрасли АРПЭ работает над стандартом для инженера-схемотехника электронной аппаратуры. Такие профессиональные стандарты содержат очень точное описание функционала, требования к образованию, квалификации и навыкам специалистов соответствующей профессии. Опираясь на стандарт, предприятия электронной промышленности будут правильно формировать требования к претендентам на разные должности и оценивать квалификацию работников, а вузы — корректировать свои образовательные программы и выпускать специалистов, компетенции которых максимально приближены к потребностям отрасли», — привел пример такой работы Антонов.

Впрочем, и стандарты нельзя считать панацеей, считает Долгов. «Сейчас много говорят о профессиональных стандартах, и мы принимаем участие в их создании, но я не думаю, что эта работа решит все проблемы. Потому что подготовить стандарт — значит, в камне высечь требования к должностным обязанностям людей, которые будут подготовлены через пять лет. Существует большой риск того, что бизнес не устроят эти компетенции», — считает он.

Как подчеркнул Долгов, для достижения оптимального результата отношения «бизнес-образование» должны формироваться в виде экосистемы. «Экосистема отличается от партнерства тем, что партнерством можно управлять, а экосистему — только взращивать. Она подразумевает саморегулирование. А для этого необходимы эффективные каналы связи между участниками — чтобы вузы хорошо понимали кадровые потребности бизнеса, и наоборот», — пояснил эксперт.

Тема сотрудничества между бизнесом и вузами в сфере подготовки кадров становится все более актуальной с учетом динамичного внедрения новых технологий и, как следствие, быстрого изменения конкурентной среды в большинстве отраслей. Этот вопрос станет одним из ключевых на предстоящем Санкт-Петербургском международном форуме труда.