Пожалуйста, отключите AdBlock!
AdBlock мешает корректной работе нашего сайта.
Выключите его для полного доступа ко всем материалам РБК
Позитивные провокации
Материалы выпуска
Петербург и Ленинградская область объединяют территории Решения Расширение города продолжится Решения Позитивные провокации Рынок В России нулевой уровень архитектурных амбиций Экспертиза Новый вызов для жителей Москвы и Петербурга Экспертиза Петербургские небоскребы «вернут долг» обществу Инновации Крупный федеральный застройщик рассказал о своих планах в Петербурге Рынок
Рынок Санкт-Петербург и область,
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска
Позитивные провокации
Архитекторы удивляют людей, чтобы менять города
Провоцируй, чтобы тебя заметили, так действовали архитекторы и дизайнеры городской среды 10 лет назад. Провоцируй, чтобы город менялся, - так они действуют сейчас.
Фото: ТАСС/Московский урбанистический форум

Дискуссия «Новая среда для нового человека», организованная в рамках Московского урбанистического форума (МУФ) представителями Лахта Центра, объединила архитекторов, художников, дизайнеров, антропологов и девелоперов, тех, в чьих руках и находится формирование новой городской среды.

Своими взглядами на обновление городской среды поделились, в том числе, одна из ведущих европейских архитекторов Бенедетта Тальябуэ, глава бюро EMBT Miralles-Tagliabue, и Кристос Пассас, исполнительный директор студии Захи Хадид. Они говорили об архитектурных проектах, в которых есть вызов, и о функциональном назначении этих вызовов. Российский художник и скульптор Андрей Бартенев, известный как мастер эпатажных перфомансов, продолжил тему объектов, трансформирующих городскую жизнь.

Создать то, что не устареет сразу

Цель дискуссии состояла в том, чтобы собрать за одним столом тех, кто сегодня формирует завтрашнюю реальность, сказала, открывая разговор, модератор Ольга Бузина, директор по коммуникациям Лахта Центра. «Городская среда должна, прежде всего, отвечать запросам человека. Она должна быть мобильной, транформируемой, функциональной, она должна быть живой, - продолжила она. – Мы много думаем об этом, готовясь к открытию для широкой аудитории общественно-делового центра, который призван стать самым новым, по своим подходам, публичным пространством в Петербурге. Нам ценна, поэтому, возможность диалога с лучшими из тех, кто создает новую объектную и смысловую реальность в мире».

«Архитекторы, художники, дизайнеры, которые руководят передовыми проектами, должны обладать особым типом открытого мышления, - продолжила она. - Чтобы создать то, что будет интересно многим; то, что будет перспективно; то, что не устареет на стадии проекта. Это одна из самых непростых задач».

Архитектура против гетто

Какой должна быть архитектура в районах проживания мигрантов в Европе? Нейтрально-безликой – так отвечали европейские города на этот вопрос до сих пор. Бенедетта Тальябуэ приняла другое решение – в ее парижских объектах появился выраженный африканский колорит.

Бенедетта Тальябуэ, архитектор (Фото: ТАСС/Московский урбанистический форум)

Окраинные парижские районы, спроектированные в 1960е годы как зеленые кварталы для полузагородной-полугородской жизни, к 2000м годам превратились в гетто, население которых устраивает бунты и разрушает объекты инфраструктуры. В программах преобразования окраин, ставших частью мегапроекта «Большой Париж», приняло участие и бюро Miralles-Tagliabue. «Можно ли средствами архитектуры решать большие социальные проблемы? – спрашивает Бенедетта Тальябуэ. – Возможности архитектора ограничены, но все-таки наш вклад может быть заметным».

«Люди бунтуют против городской среды, когда она им абсолютно чужая. На окраинах Парижа ничто в городском ландшафте, в облике зданий, не говорит о жителях, - рассказывает архитектор. – Мы начали с того, что фотографировали людей – в основном, выходцев из стран Африки - и размещали их фотографии крупным планом, с акцентом на глаза, на зданиях. Этот необычный дизайн транслировал простую мысль о городе с человеческим лицом».

Первым этапом реализации проекта новой станции метро в районе Клиши стало размещение фотографий жителей на месте строительства. На втором этапе архитекторы решали, как отразить в проекте непарижскую эстетику. «Там, откуда приехали эти парижане или их родители, эстетика совсем другая, чем в центральном Париже, - говорит Тальябуэ. - Поэтому мы спроектировали ярко освещенную, залитую светом, станцию; мы применили волнистые панели в песочных тонах, напоминающих легкую ткань; мы также использовали в дизайне орнаменты». «Этот проект – большой вызов; попытка трансформировать всю окружающую среду, начиная с его небольшого элемента», - подчеркивает архитектор.

В другом случае из практики Тальябуэ нестандартный проект практически решил судьбу старого рынка в Барселоне, приговоренного к сносу. «Обновление Рынка Санта Катарина – это вмешательство в историческое пространство исторического района Барселоны, - говорит Тальябуэ. – Благодаря изменению этого одного объекта, весь район изменился – стал более комфортным и популярным. К тому же, мы отстояли рынок, на котором сами любили покупать продукты».

В то время, когда стартовал проект, рынок Санта Катарина располагался в сильно обветшавшем здании, и, кроме того, он вышел из моды - власти Барселоны собирались от него избавиться. «Но рынок – сильное место, там продается здоровая еда, делающая человека счастливым, и там люди общаются друг с другом. Это очень важное место для социального взаимодействия. Мы убедили политиков сохранить эту функцию, и рынок остался, а район стал другим», - заключила Бенедетта Тальябуэ.

Площадь примирения

Как и Тальябуэ в случае района Клиши, бюро Захи Хадид работает с тонкой материей региональной культуры и межнациональных отношений. «Мы хотим создать золотое кольцо в центре Никосии, которое примиряет исторически конфликтующие сообщества греков и турок, населяющих Кипр», - рассказал Кристос Пассас об одном из самых сложных проектов бюро – он реализуется уже 12 лет.

Кристос Пассас, исполнительный директор студии Захи Хадид (Фото: ТАСС/Московский урбанистический форум)

Муниципалитет Никосии объявил конкурс на восстановление старого моста в составе археологического объекта – средневековой крепости, охранявшей город. Бюро не ограничилось восстановлением: «Мы создали центральное кольцо – парк для разных видов деятельности, который должен стать востребованным всеми киприотами, не зависимо от национальности, религиозной принадлежности и политических взглядов, - рассказывает Пассас. – Что касается моста, мы создали его в виде плавающей площади, находящейся в постоянном движении».

Работа в районе археологических раскопок предъявляет к архитекторам повышенные требования. «Мы очень много обсуждали с археологами этот проект, - продолжает Кристос Пассас. – В процессе строительства наши специалисты обнаружили элементы старой стены, и это остановило работы на несколько лет. Мы собрали, классифицировали и сохранили все найденные артефакты. На старом фундаменте будет создан сад, который будет открыт и в ночное время. Ночью, благодаря подсветке, этот сад будет выглядеть как яркое кольцо, объединяющее город».

Посвящение движению

Скульптуры Андрея Бартенева непривычны – они ломают стереотипы традицию размещения в пространстве российских городов памятников и монументов. «Разве мы живем на кладбище? – спрашивает он. – Разве не нужно посвятить города, в том числе, живым людям?», - обратился он с вопросом к участникам дискуссии форума.

«Современная скульптура в городском пространстве имеет три задачи, - считает Бартенев. - Первая – скульптура развлекает. Вторая – она работает как образовательный объект. И третья функция, о которой очень мало говорят - это акцент, привлекающий внимание зрителя к городу».

Андрей Бартенев, художник, скульптор (Фото: ТАСС/Московский урбанистический форум)

«Когда человек идет по улице и встречает на своем пути скульптуру, то именно эта встреча заставляет нашего зрителя поменять ракурс взгляда на окружающий мир, - продолжает Андрей Бартенев. - То есть скульптура в городской среде расширяет возможности панорамного взгляда. Зритель, оказываясь перед скульптурой, соизмеряет себя с ее пропорциями, пропорциями улицы и зданий. Мы, люди, занятые практикой создания скульптуры, должны пользоваться этим ее свойством в полном объеме».

В основном, однако, российские памятники выполняют другую задачу – они посвящены историческим датам, подчеркивает художник. «Мы все вспоминаем и увековечиваем. И очень мало встречается в российском городе скульптур, которые просто посвящены какой-то человеческой эмоции, какому-то движению».

«Величайшая скульптура века ХХ века - «Рабочий и колхозница» Веры Мухиной. И почему этот памятник, единственный из советской эпохи скульптуростроения, вошел в мировую историю культуры? – рассуждает Андрей Бартенев. - Потому что Вера Мухина взяла за основу композиции своей скульптуры древнегреческие каноны. Она перенесла в свое произведение устремление и вызов античных скульптур. И поэтому её «Рабочий и колхозница» выглядит так монолитно, вдохновенно, и так интересно для зрителя».

«Мне бы хотелось, чтобы новая российская скульптура тоже посвящалась устремлению, вызову, движению, а не какой-то памятной дате. Одна из задач современной скульптуры, да и вообще любой формы, которая появляется в городе, это обогащение городской среды новыми смыслами», - заключил он.

Культурные доминанты

Елена Илюхина, генеральный директор Лахта Центра

Примечательно, что создание обращенной к человеку комфортной среды сегодня видят своей задачей не только архитекторы, дизайнеры, художники, но и представители глобального бизнеса. «Меняющийся мир диктует новые подходы даже к созданию штаб-квартир крупнейших мировых корпораций, - подчеркнула генеральный директор Лахта Центра Елена Илюхина. - Ни один бизнес, а тем более бизнес мирового масштаба, не может существовать сам по себе, изолировано от окружения - среды, общества, культуры. Поэтому наши вложения в мегапроект, нацеленный на изменение городского пространства, создание принципиально новой среды, развитие человеческого капитала - это и есть перспективные вложения в развитие нас самих. Публичные пространства, как и образовательные проекты, позволяют объекту быть гибким, открытым новому. В определенном смысле, мы берём на себя функцию запуска позитивных изменений на уровне города, формирования новых стандартов городской жизни», - заключила она.